WordPress

Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака

Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака - картинка 1
Предлагаем ознакомиться со статьей на тему: "Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака" с комментариями и выводами от практикующих специалистов.

Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака

Образцы документов.

Образцы договоров, контрактов,
приказов, соглашений. Далее—>

Образцы заявлений.

Образцы заявлений, обращений,
исков, резюме. Далее—>

Образцы для налоговой.

Образцы деклараций,
форм отчетности. Далее—>

Образцы для жизни.

Поздравления, тосты, рецепты
диеты, ремонт, здоровье. Далее—>

Товарный знак является средством индивидуализации правообладателя и он вправе использовать товарный знак по своему усмотрению.
Правообладатель может запретить другим лицам пользование его товарным знаком, но отсутствие запрета не является разрешением другим лицам в пользовании этим товарным знаком.
В настоящее время широко распространена продажа некачественного товара под известными товарными знаками. Такое незаконное использование чужих товарных знаков наносит не только существенный экономический ущерб правообладателю, но и серьезно подрывает репутацию его товаров.
В соответствии со ст. 1229 ГК РФ использование средства индивидуализации без согласия его владельца является незаконным и влечет за собой ответственность нарушителя.
Правообладатель товарного знака может обратиться в суд за защитой своих исключительных прав и возмещением убытков на основании ст. 1515, 1484, 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также посмотреть иные виды заявлений по вопросам наследования и юридические консультации по вопросам наследования, урегулирования вопросов наследства в суде.

Далее приведена форма искового заявления о взыскании компенсации в связи с незаконным использованием товарного знака:

В Арбитражный суд ______________
_______________________________ адрес суда
Истец ________________________________ (наименование, ИНН, ОГРН)
адрес: _______________________________
телефон/факс__________________________
е-mail________________________________
Ответчик _____________________________ (наименование, ИНН, ОГРН)
адрес: _______________________________
телефон/факс__________________________
е-mail________________________________
Сумма иска ______ (____________) рублей.
Госпошлина _____ (___________) рублей.

Исковое заявление о взыскании компенсации в связи с незаконным использованием товарного знака

1. Взыскать с ответчика в пользу истца ______________ (размер требований).

Приложение:
1. Уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление ответчику копии искового заявления и приложенных к нему документов;
2. Документ, подтверждающий уплату государственной пошлины;
3. Документы, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования;
4. Заверенная копия свидетельства о государственной регистрации в качестве юридического лица или индивидуального предпринимателя.
5. Доверенность или иные документы, подтверждающие полномочия на подписание искового заявления (если исковое заявление подписано представителем).

«___»______________ ____ г. ______________________________(подпись, печать)

http://xn--80abcmm3bpe5cwc.xn--p1ai/iskusherb/iskdolgZnak

Дело N308-ЭС17-2988 по делу N А53-22719/2016. О взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака, расходов.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 11 июля 2017 г. N 308-ЭС17-2988

История рассмотрения дела

Резолютивная часть определения объявлена 04.07.2017.

Определение в полном объеме изготовлено 11.07.2017.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Попова В.В.,

судей Маненкова А.Н., Поповой Г.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Русмаш» (далее — общество «Русмаш») на решение Арбитражного суда Ростовской области от 27.10.2016 по делу N А53-22719/2016 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2016 по тому же делу

по иску общества «Русмаш» к индивидуальному предпринимателю Кузину Сергею Александровичу (далее — предприниматель) о взыскании компенсации в сумме 100 000 руб.

В судебном заседании приняли участие представители общества «Русмаш»: Илюхин С.К., Юрьева О.Е.

Представитель предпринимателя, извещенный надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явился. В соответствии с частью 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Попова В.В., выслушав объяснения представителей лица, участвующего в деле, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

общество «Русмаш» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с предпринимателя 100 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака, 20 000 руб. расходов на проведение экспертизы, 490 руб. расходов на покупку товара, 77 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Рассмотрев дело в порядке упрощенного производства, Арбитражный суд Ростовской области решением от 27.10.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2016, заявленные требования удовлетворил частично, взыскал с предпринимателя в пользу общества «Русмаш» 8 333,33 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака N 473042, 1 666,67 руб. в возмещение затрат на проведение исследования продукции, 40,83 руб. расходов на покупку товара, 6,42 руб. почтовых расходов, 16,67 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, а также 333,33 руб. в возмещение расходов на оплату государственной пошлины; в остальной части исковых требований отказал.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество «Русмаш» обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации, ссылаясь на существенные нарушения судами норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом интересов.

В обоснование доводов кассационной жалобы общество «Русмаш» указало на неправильное применение судами норм материального права, а именно подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2017 N 308-ЭС17-2988 кассационная жалоба общества «Русмаш» вместе с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, письменный отзыв, заслушав объяснения лица, участвующего в деле, проверив в соответствии с положениями статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению, а принятые по делу судебные акты — отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Русмаш» является правообладателем товарного знака N 473042, зарегистрированного в отношении товаров 12 класса МКТУ.

В магазине «Автозапчасти», расположенном по адресу: Ростовская область, г. Шахты, ул. Ворошилова, 17, в котором осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, с целью извлечения прибыли 03.06.2016 осуществлялась реализация автоматического натяжителя цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ, на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца, а также предлагалась к продаже аналогичная продукция.

Ссылаясь на нарушение его исключительных прав в связи с продажей ответчиком без разрешения правообладателя товара, на котором имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца, общество «Русмаш» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Расчет компенсации произведен истцом в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ исходя из стоимости права использования товарного знака, которая была впоследствии снижена им до 100 000 руб. (до однократного размера стоимости права).

Суды, руководствуясь положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 1229 , 1252 , 1484 , 1515 ГК РФ, установив право истца на обращение с настоящим иском в суд, а также факт реализации ответчиком товара, на котором использованы изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком правообладателя, пришли к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований.

Снижая размер подлежащей взысканию компенсации до 8 333,33 руб., суд первой инстанции исходил из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, незначительной степени вины ответчика, характера и последствий нарушения, отсутствия доказательств и расчетов убытков истца вследствие действий ответчика, незначительной цены товара, возможности предъявления истцом требований не только к конечному продавцу товара, а также с учетом того, что ответчиком реализован лишь один экземпляр товара.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, доводы общества «Русмаш» о невозможности изменения размера компенсации, заявленной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, являются необоснованными.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017.

Обществом «Русмаш» при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления предпринимателя, подтвержденного соответствующими доказательствами.

В материалах дела имеется отзыв предпринимателя (л.д. 52 — 63), в котором им заявляется о необходимости снижения размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом.

Однако суды, в нарушение статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не дали оценку обоснованности и мотивированности данных доводов ответчика, при разрешении настоящего спора произвольно определили размер компенсации, разделив сумму вознаграждения по лицензионному договору на 12 месяцев, способом не предусмотренным ни подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ни подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, не мотивированно снизив размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации считает, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как принятые с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, а дело — направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует установить круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему делу, дать надлежащую оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, а также представленным по делу доказательствам, определить размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости, и, с учетом подлежащих применению норм материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 167 , 176 , 291.11 — 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

решение Арбитражного суда Ростовской области от 27.10.2016 по делу N А53-22719/2016 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2016 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.

http://advokat-malov.ru/zakony-i-kodeksy/grazhdanskij-kodeks-rossijskoj-federacii-chast-chetvertaya/razdel-vii—prava-na-rezultaty-intellektualnoy-deyatelnosti-i-sredstva-individualizacii/glava-69—obschie-polozheniya/statya-1252—grazhdanskiy-kodeks-rf/sud-praktika-k-state-1252-grazhdanskiy-kodeks-rf-40887.html

Сергей Зуйков → Взыскание компенсации за незаконное использование товарного знака правообладателем, находящимся в процедуре банкротства

«От сумы и тюрьмы не зарекайся» – популярное выражение, которое каждый человек слышал хоть раз в своей жизни. Сегодня процветающая компания, завтра банкрот –правда современных реалий.

Как показывает статистика судебных дел, опубликованная на сайте Судебного департамента при Верховном суде, с января по июнь 2019 года в арбитражные суды поступило 61 455 заявлений о признании должников банкротами. На середину 2019 года в производстве арбитражных судов оставалось 117 650 банкротных дел, из них банкротства физических составляют 64 992 дела, 46 659 в отношении юридических лиц.

При этом, как это часто бывает, организации, подпадающие под процедуру банкротства, имеют портфель различных объектов интеллектуальной собственности и приравненных к ним средств индивидуализации.

Меня давно интересовал вопрос: возможно ли осуществлять защиту прав интеллектуальной собственности, в частности, путемвзыскания компенсации за незаконное использование товарного знака правообладателем, находящимся в процедуре банкротства?

Проведя анализ судебной практики, к своему разочарованию я не нашел ничего или почти ничего подходящего.

Может быть, конечно, я плохо или не там искал, но единственным судебным делом по этой теме, которое мне попалось, оказалось дело № А05-9476/2014, согласно обстоятельствам которого судамибыло установлено, что завод, признанный банкротом, и предприниматель заключили договор об отчуждении исключительного права на товарный знак.

Впоследствии предприниматель (лицензиар) и общество «Русский Север» (лицензиат) заключили лицензионный договор, в соответствии которым лицензиар предоставил лицензиату право на использование указанного товарного знака для маркировки алкогольной продукции.

Вместе с темв рамках дела о несостоятельности (банкротстве) завода суд по заявлению конкурсного управляющего признал договор отчуждения исключительного права на товарный знак, принадлежавший заводу, недействительным, ввиду существенного превышения рыночной стоимости имущества должника над ценой сделки по его отчуждению (определение от 20.03.2014 по делу № А05-313/2012). В качестве последствий признания договора недействительным суд указал на восстановление права завода быть указанным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации в качестве правообладателя спорного товарного знака.

После того как завод был восстановлен в правах на товарный знак, конкурсный управляющий от имени завода обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с предпринимателя и общества «Русский Север» солидарно 29 651 742 рублей компенсации за незаконное использование товарного знака, рассчитанной в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ), в соответствии с которым правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя права на товарный знак вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Вместе с тем в удовлетворении требований завода было отказано в полном объеме.

Суды трех инстанций, отказывая в удовлетворении требований, исходили из того, что действия ответчиков по использованию товарного знака до признания договоров недействительными не являются виновным нарушением исключительного права истца на товарный знак, в связи с чем к ним не может быть применена ответственность в виде компенсации за незаконное использование товарного знака.

Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что суды в своих судебных актах по этому делу не сделали иных выводов, свидетельствующих о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом мне представляется достаточно странным, что нашлось лишь одно судебноедело, касающееся этой темы. По моему мнению, вопрос незаконного использования объектов интеллектуальной собственности и приравненных к ней средств индивидуализации, принадлежащих компании – банкроту, должен стоять намного более остро.

Я полагаю, что вчера сильная компания с известным брендом, являющаяся сегодня банкротом, находящаяся на грани гибели, должна еще больше привлекать «падальщиков», желающих поживиться репутацией недавно преуспевающей организации, которая в силу своего бедственного положения не может в данный момент отстаивать свои права.

Хотя, может, в этом и кроется ответ, ведьмало кто хочет находиться рядом с умирающим, опасаясь заразиться неизлечимой болезнью, так и в этом случае никто не хочет принимать на себя репутацию обанкротившейся компании, боясь «пойти по ее стопам».

Вместе с тем для того, чтобы разобраться в вопросеможно ли в принципе взыскать компенсацию за незаконное использование товарного знака в пользу правообладателя, находящегося в процедуре банкротства, с целью пополнения конкурсной массы, я решил написать настоящую статью, в которой я постараюсь, руководствуясь нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) ответить на этот вопрос.

По смыслу Закона о банкротстве несостоятельность (банкротство) (далее также – банкротство) – признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

При этом под восстановлением платежеспособности понимается достижение должником таких хозяйственных показателей, которые бы позволяли полностью удовлетворить требования всех его кредиторов.

Неспособность же в полном объеме погасить данные требования влечет банкротство организации и открытие в отношении ее имущества процедуры конкурсного производства (абзацы второй и шестнадцатый статьи 2, абзац третий пункта 1 статьи 106, абзац пятый пункта 6 статьи 119 Закона о банкротстве), по результатам которой требования все равно подлежат удовлетворению, однако не в полном объеме (соразмерно).

Таким образом, основными целями процедуры несостоятельности (банкротства) являются финансовое оздоровление должника и удовлетворение требований кредиторов.

В соответствии со статьями 131, 134–137 Закона о банкротстве имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу должника, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов должника.

При этом обобщенное понятие имущества должника – это то, чем он владеет (основной и оборотный капитал), выраженное в денежной форме и отраженное в самостоятельном балансе предприятия.

Состав имущества должника может включать все виды имущества, которые необходимы для осуществления хозяйственной деятельности. Обычно в составе имущества выделяют материально-вещественные и нематериальные элементы.

К числу материально-вещественных элементов относятся земельные участки, здания, сооружения, машины, оборудование, сырье, полуфабрикаты, готовые изделия, денежные средства.

Нематериальные элементы создаются в процессе жизнедеятельности предприятия. К ним относятся: репутация фирмы и круг постоянных клиентов, название фирмы и используемые товарные знаки, навыки руководства, квалификация персонала, запатентованные способы производства, ноу-хау, авторские права, контракты и т.п., которые могут быть проданы или переданы. Кроме того, из статьи 2 Закона о банкротстве также следует, что имущество должника – это его активы.

Аналогичная правовая позиция нашла свое отражение в постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 29.03.2018 по делу № А82-10678/2015.

В абзаце двадцать шестом статьи 2 Закона о банкротстве определено, что конкурсный управляющий – арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных Законом о банкротстве полномочий, или Агентство по страхованию вкладов, осуществляющее указанные полномочия в случаях, установленных Законом о банкротстве.

По смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства.

Исходя из абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязанподавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837).

Как известно, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права (статья 1250 ГК РФ).

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Кроме того, в силу пункта 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015) взыскание компенсации за незаконное использование товарного знака, по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, является альтернативой взысканию убытков в случае, когда доказывание их конкретного размера не представляется возможным.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из системного толкования статей 1252 и 1515 ГК РФ во взаимосвязи со статьями 20.3 и 129, 131 Закона о банкротстве, можно сделать следующие выводы:

— конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника;

— в круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы;

— для формирования конкурсной массы арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд исковые заявления, в том числе о взыскании убытков, причиненных должнику действиями иных лиц;

— компенсации за незаконное использование товарного знака, по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, является альтернативой взысканию убытков.

Таким образом, можно сделать вывод, что конкурсный управляющий в силу, предоставленных ему Законом о банкротстве полномочий, вправе осуществлять выявление фактов незаконного использования объектов интеллектуальной собственности, в том числе товарных знаков, принадлежащих должнику, и в соответствии с нормами части Четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации предъявлять нарушителям иски о взыскании компенсации за незаконное использование, а взысканную компенсацию направить на формирование конкурсной массы для последующего удовлетворения имущественных требований кредиторов.

http://blog.pravo.ru/blog/34249.html

Когда правообладатель товарного знака не сможет взыскать компенсацию за его использование третьими лицами?

Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака - картинка 7

Компенсация как способ защиты исключительных прав на товарный знак набирает все большую популярность. Вместе с тем ведение судебного процесса связано со значительными издержками, поэтому перед инициированием разбирательства важно понимать перспективы удовлетворения исковых требований.

Рассмотрим случаи, когда у правообладателя может не получиться взыскать компенсацию за использование принадлежащего ему товарного знака с третьих лиц.

Третьи лица использовали товарный знак правообладателя до принятия Роспатентом решения о его регистрации

Иск о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака - картинка 8

Заместитель руководителя управления правовой защиты интеллектуальной собственности

Срок от подачи заявки на регистрацию товарного знака до принятия Роспатентом соответствующего решения может составить более 12 месяцев. Поскольку процедура регистрации товарного знака достаточно продолжительная, предприниматели задаются вопросом, можно ли взыскать с третьих лиц компенсацию за использование принадлежащих им товарных знаков за тот период, когда заявка уже подана, но Роспатент еще не принял решение о регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 1491 Гражданского кодекса исключительное право на товарный знак действует в течение 10 лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в Роспатент.

Исходя из данной нормы, исключительное право на товарный знак возникает после подачи заявки в Роспатент. Следовательно, использование третьими лицами принадлежащего правообладателю обозначения после подачи заявки, но до принятия решения Роспатентом о регистрации товарного знака должно признаваться нарушением его исключительного права.

Таким образом, предприниматели полагают, что могут взыскивать компенсацию за несанкционированное использование принадлежащих им товарных знаков в указанный период. Вместе с тем судебная практика по данному вопросу сложилась неоднозначная. Поэтому рассмотрим случаи, когда при аналогичных обстоятельствах суды приходили к совершенно противоположным выводам.

Так, 2 сентября 2014 года ООО «Студия анимационного кино «Мельница» подало в Роспатент заявку на регистрацию в качестве товарного знака обозначения «Три богатыря. Ход конем». До принятия Роспатентом решения о регистрации студии стало известно, что третье лицо без ее согласия реализует DVD-диски и раскраски под указанным обозначением. Тогда студия произвела закупку контрафактных товаров, чтобы зафиксировать факт нарушения своих исключительных прав.

После принятия Роспатентом решения о регистрации товарного знака студия обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак. Исковое заявление было удовлетворено. При этом суды отклонили довод ответчика о том, что использование обозначения до его регистрации в качестве товарного знака не может рассматриваться как нарушение исключительных прав правообладателя (постановление Суда по интеллектуальным правам от 7 июня 2017 г. по делу № А08-2700/2016).

В другом деле суды пришли к противоположным выводам.

14 сентября 2012 года ООО «Маша и Медведь» подало заявку на регистрацию двух изобразительных товарных знаков. После подачи указанных заявок, но до даты принятия Роспатентом решения о регистрации компании стало известно, что ее права нарушаются третьими лицами. Чтобы зафиксировать факт нарушения своих прав, компания произвела закупку контрафактных товаров.

Основываясь на п. 1 ст. 1491 ГК РФ, компания посчитала, что ее исключительные права на зарегистрированные товарные знаки действуют с момента подачи соответствующих заявок, а, значит, подлежат защите. Поэтому после принятия решения о регистрации заявленных обозначений в качестве товарных знаков компания обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 505856 и № 505857.

В результате компании не удалось взыскать компенсацию за использование принадлежащих ей обозначений. Судом по интеллектуальным правам было отмечено, что в соответствии со ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак принадлежит лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак. При этом совершенные другими лицами до государственной регистрации товарного знака действия по использованию сходного обозначения не являются нарушением исключительного права и к таким лицам не могут быть применены меры ответственности, предусмотренные гражданским законодательством (постановление Суда по интеллектуальным правам от 17 февраля 2017 года № С01-1271/2016 по делу № А71-990/2016).

Истек срок исковой давности для предъявления требований о взыскании компенсации

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с Постановлением Президиума ВАС РФ от 2 апреля 2013 года № 15187/12 по делу № А42-5522/2011 законом не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, в связи с чем к требованиям о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака подлежит применению общий срок исковой давности.

Таким образом, требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака должны быть заявлены в течение трех лет с момента, когда правообладателю стало известно о нарушении его исключительных прав. В противном случае правообладателю может быть отказано в удовлетворении требований о взыскании компенсации.

Так, ООО «Девелопмент» обратилось в суд с требованием к ОАО «Сбербанк России» о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 335609 «Мы всегда рядом». В процессе судебного разбирательства банк заявил о пропуске срока исковой давности. Поскольку требование компании было заявлено по истечении трехгодичного срока, суд отказал в удовлетворении исковых требований (постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 декабря 2013 года № С01-300/2013 по делу № А40-221/2013).

http://legal-support.ru/information/publications/kogda-pravoobladatel-tovarnogo-znaka-ne-smozhet-vzyskat-kompensaciu-za-ego-ispolzovanie-tretimi-lica/

Литература

  1. Общая теория государства и права. Академический курс в 3 томах. Том 3. — М.: Зерцало-М, 2001. — 528 c.
  2. Дворянкин, О. Защита авторских и смежных прав. Ответственность за их нарушение / О. Дворянкин. — М.: Весь Мир, 2015. — 464 c.
  3. Скрынник, А. М. Правоведение / А.М. Скрынник. — М.: Мини Тайп, 2013. — 352 c.
  4. Виноградов, И.В.; Гладких, А.С.; Крюков, В.Н и др. Судебно-медицинская экспертиза; М.: Юридическая литература, 2012. — 320 c.
  5. Троицкий, Н. А. Корифеи российской адвокатуры: моногр. / Н.А. Троицкий. — М.: Центрполиграф, 2015. — 416 c.

Добавить комментарий

Мы в соцсетях

Подписывайтесь на наши группы в социальных сетях